12 сентября Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону после двух с половиной лет судебного следствия вынес решение по делу дагестанского журналиста Абдулмумина Гаджиева, программиста Кемала Тамбиева и благотворителя Абубакара Ризванова. Все трое признаны виновными в участии в террористической организации, финансировании терроризма и организации деятельности экстремистской организации и приговорены к срокам от 17 до 18 лет строгого режима.

Как сообщал «Новый ДОШ», подсудимые вину не признали. В июне прокуратура запросила для них по 19 лет колонии.

В приговоре говорится, что в 2009 году Гаджиев, Ризванов и Тамбиев объединились для оказания финансовой поддержки незаконным вооруженным формированиям. Они создали благотворительные фонды в России, Турции и Швеции, собирали денежные средства и часть из них направляли НВФ. Гаджиев, являясь редактором отдела религии газеты «Черновик», «взял на себя обязательства по освещению этой якобы благотворительной, бескорыстной деятельности». Ризванов «осуществлял контроль финансовых потоков». Тамбиев создал и администрировал группы в интернете, а также собирал денежные средства «на расчетные счета в электронных платежных системах для обеспечения деятельности НВФ». Как подсчитало обвинение, всего на счета этих фондов поступило 67,8 млн рублей, «из которых передано для осуществления террористической деятельности не менее 204 789 долларов США и 48 410 турецких лир».

Кроме того, подсудимые приняли участие в деятельности запрещенной международной террористической организации «Исламское государство», -- утверждается в приговоре.
Выступая с последним словом, Абдулмумин Гаджиев заявил: «Это дело было фейком от начала до конца… Фейком было обвинение нас в участии в террористических организациях, названия которых мы в итоге не услышали в суде ни от одного свидетеля и ни по одному доказательству. Следователь выбрал эти организации только потому, что они были первыми в списке на сайте ФСБ. Фейком оказалось обвинение в том, что целью моей работы в газете «Черновик» был пиар фонда «Ансар». За десять лет этой работы этот фонд был упомянут только в одной публикации в связи с соответствующим информационным поводом. Фейком оказалось обвинение Кемала Тамбиева в учредительстве фонда «Амана», настоящие учредители которого, как мы выяснили у них в суде, никогда о нем не слышали. Фейком оказался мой якобы перевод 16 тысяч рублей в ИГИЛ, который, как выяснилось, был обычной покупкой билетов на самолет…

Фейком были показания почти всех свидетелей обвинения, которые один за другим переходили на нашу сторону, в связи с чем мне даже не пришлось приглашать свидетелей в свою защиту.

Фейком оказалось обвинение меня в призывах к террористическим организациям на страницах газеты «Черновик». Три экспертизы не обнаружили в них даже намека на терроризм».

Гаджиев предположил, что уголовное дело было инициировано, чтобы закрыть газету «Черновик» и «заткнуть независимые СМИ в республике». Бумажное издание действительно было ликвидировано, но, по словам журналиста, аудитория телеграм-канала «Черновика» в пять раз превышает тираж печатной версии газеты.

Адвокаты подсудимых обжаловали приговор и выразили надежду, что апелляционная инстанция учтет все нестыковки обвинения. «Я не знаю, смеяться или плакать, это просто дикость какая-то», – сказал о приговоре защитник Гаджиева Арсен Шабанов.

Другой адвокат, Шамиль Магомедов, отметил, что никогда не видел так много топорных фабрикаций в одном деле.
Дело рассматривала судейская коллегия в составе Романа Сапрунова, Максима Никитина и Ризвана Зубаирова. При этом последний настаивал на полном оправдании подсудимых. Его «особое мнение» стало настоящей сенсацией для всех, кто следит за состоянием судебной системы в России. «Особое мнение судьи» – это уголовно-процессуальный акт, в котором судья, состоящий в коллегии, выражает свое несогласие с мнением большинства. В этом документе Ризван Зубаиров подверг критике все доказательства обвинения, ставшие основанием для приговора. Так, он обратил внимание, что суд счел доказательством поддержки терроризма перевод в 16 тысяч рублей, сделанный Гаджиевым, в то время как сторона защиты представила опрос руководителя турфирмы, который получил эти деньги, а также копию авиабилетов, которые были на них куплены. 

Зубаиров также считает, что суд проигнорировал результаты нескольких лингвистических экспертиз, которые не нашли в статьях Гаджиева признаков экстремизма.

Текст «особого мнения» судьи Зубаирова является юридически выверенным опровержением приговора и может быть в чистом виде использован в апелляционной жалобе, -- считает защита.
В то же время председатель судебной коллегии Роман Сапрунов в июне этого года попал в санкционный список Евросоюза в связи приговорами крымскотатарским активистам. Эти приговоры в ЕС сочли политически мотивированными. 

Тем временем в Махачкале коллеги Абдулмумина Гаджиева продолжают выходить на одиночные пикеты с требованием прекратить его преследование.