Заявленные Украиной удары по объектам в Каспийском море могут свидетельствовать о расширении географии российско-украинской войны и создать дополнительные риски для всего Каспийского региона. Помимо военных объектов, потенциально под угрозой оказываются судоходство, нефтедобыча и международный транспортный коридор «Север—Юг», проходящий через порты Астраханской области и Дагестана.
Служба безопасности Украины (СБУ) заявила, что именно ее беспилотники атаковали российскую нефтедобывающую платформу имени Юрия Филановского в северной части Каспийского моря, а также грузовые суда, которые, по версии Киева, использовались для перевозки военных грузов между Россией и Ираном. Среди целей также был назван российский ракетный катер проекта 12418 «Молния».
Ранее президент Украины Владимир Зеленский также заявлял о нанесении ударов по кораблям, задействованным в перевозке военных грузов, связанных с Ираном, а также по российскому военному кораблю.
В свою очередь, Тегеран сообщил, что в результате атаки на коммерческое судно в Каспийском море погиб один моряк, еще один получил ранения. Министерство иностранных дел Ирана назвало произошедшее «враждебным и преступным актом», обвинило Киев в попытке расширить географию войны и вручило временному поверенному Украины ноту протеста.
При этом украинская сторона не сообщала об ударе именно по иранскому гражданскому судну. Таким образом, заявления Киева и Тегерана пока расходятся, а независимого подтверждения всех обстоятельств произошедшего на момент публикации нет.
Несмотря на отсутствие сообщений о закрытии судоходства на Каспии, произошедшее затрагивает один из ключевых транспортных маршрутов России.
Через северную часть Каспийского моря проходят перевозки между иранскими портами и российскими портами Астрахань, Оля и Махачкала. Этот маршрут является ключевым элементом западной ветки международного транспортного коридора «Север—Юг», который Москва рассматривает как альтернативу традиционным морским перевозкам через Суэцкий канал.
Для Дагестана это имеет особое значение. Махачкалинский морской торговый порт остается единственным незамерзающим российским портом на Каспии и в последние годы существенно увеличил объемы перевозок в направлении Ирана.
По состоянию на момент публикации официальных сообщений о введении ограничений для судоходства или остановке работы российских портов не поступало. Казахстан, Азербайджан и Туркменистан также не сообщали об изменении режима навигации в своих территориальных водах.
Помимо судоходства, потенциальные риски затрагивают и нефтегазовую инфраструктуру региона.
Одной из целей операции, по данным СБУ, стала нефтедобывающая платформа имени Юрия Филановского — крупнейшее месторождение компании «Лукойл» в российском секторе Каспийского моря.
На момент публикации ни «Лукойл», ни российские профильные ведомства не сообщали о возможном ущербе платформе, изменении объемов добычи или приостановке работ. Подтверждений того, что атака повлияла на нефтедобычу, пока также нет.
Эксперты обращают внимание, что события на Каспии происходят всего через несколько дней после серии атак на инфраструктуру Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) в районе Новороссийска.
Тогда беспилотники атаковали танкеры, загружавшие казахстанскую нефть. Погрузка временно прекращалась, Казахстан был вынужден сократить добычу, а позднее резко осудил атаки, назвав их угрозой международной торговле и мировой энергетической безопасности.
Хотя эти события происходили в Черном море, они уже затронули всю каспийскую нефтяную логистику, поскольку большая часть казахстанской нефти экспортируется именно через инфраструктуру КТК.
Пока признаков масштабных нарушений судоходства в Каспийском бассейне не наблюдается. Вместе с тем сам факт заявленных ударов по объектам в Каспийском море свидетельствует о возможном расширении географии конфликта.
Даже если эти события не приведут к перебоям в работе портов или объектов нефтегазовой инфраструктуры, они создают дополнительные риски для международного транспортного коридора «Север—Юг», через который проходят грузопотоки между Россией, Ираном и странами Южной Азии. При этом официальных подтверждений перебоев в работе портов Астрахани, Оли и Махачкалы, а также ограничений международного судоходства на момент публикации не поступало.
